РЕЛИГИОЗНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В ДЕМОКРАТИЧЕСКОМ ОБЩЕСТВЕ

А. В. СИТНИКОВ

Последний год в российском обществе идет дискуссия по вопросу преподавания православной культуры в общеобразовательной школе. Вокруг написанного учебника по православной культуре развернулись не только газетные баталии, но и судебная тяжба. Нападающей стороной в этом споре оказались немногочисленные противники религиозного образования. Они чаще всего пытаются аргументировать свою позицию нарушением принципов демократического государства. Защитники православной культуры, в свою очередь доказывают, что нормы и принципы демократии как раз и предполагают возможность такого образования.
В настоящей статье мы проанализируем аргументацию той и другой стороны. Но прежде чем обратиться к этому вопросу, нужно рассмотреть, каково сегодня в целом мировоззренческое содержание школьного образования, что говорят о религии в современной российской школе. Действительно ли курс религиозной культуры излишен? Многие вопросы религии освещаются в школьных предметах литературы и истории, которые затрагивают религиозную тематику в художественном творчестве и знакомят с основными этапами становления и развития религиозных организаций. Но преимущественно направлен на формирование мировоззрения учащихся курс обществознания. Именно на нем раскрывается то, что такое человек, мир, общество, разбираются вопросы морали, философии и религии. Иногда этот курс начинается с 7 класса, иногда с 9 или 10. Обществознание относится к федеральному компоненту образования и преподается обязательно во всех школах. Отметим, что курс православной культуры не предполагается вводить в федеральный компонент образования, т.е. делать обязательным для всех российских школ1, — это курс по выбору мог бы стать тем дополнением, которое обеспечило бы реализацию прав граждан на образование в соответствии с их убеждениями.
Что предлагается школьникам в учебниках по обществознанию? Учебники пишутся достаточно небольшой группой профессионалов, которые заняли этот «рынок» еще в советское время и ныне продолжают из года в год выпускать с минимальными поправками новые переиздания своих книг. Формально содержание готовящихся учебников определяется государственным стандартом2. Фактическая же сторона, то, как будет освещаться тот или иной вопрос, зависит от убеждений, вкусов и пристрастий самих авторов учебника и, в какой-то степени, определяется социальным запросом, востребованностью той или иной книги, ее концепции и направленности.
Какие же знания о религии получают учащиеся на уроках обществознания? Сегодня есть несколько разных комплектов учебников по данному курсу, подготовленных разными авторскими коллективами. В принципе, любая школа может выбрать тот комплект, который считает наиболее подходящим. Но одни комплекты учебников выпускаются огромными тиражами и бесплатно распространяются по всем регионам России в том количестве, которое запрошено школой. Другие выпускаются мизерными тиражами, и их необходимо покупать самостоятельно.
Учебники обществознания по критерию того, как в них подается религиозная тематика, можно условно разделить на несколько групп. Первая — те учебники, в которых основные мировоззренческие вопросы освещаются с атеистических позиций, а о религии говорится в основном негативно, как о неполноценном мировоззрении, которое нужно объяснить учащимся с научных позиций (представления о науке у авторов учебника на уровне XIX века). Ко второй группе учебных пособий мы бы отнесли те, в которых достаточно объективно и доброжелательно рассказывается о религии, но делается это без учета того, что мы живем в России. Школьники узнают из книги о верованиях древнего Китая или Африки, а о Православии и православной культуре не говорится ни слова.
Самый распространенный в российских школах комплект учебных пособий по обществознанию под редакцией Л. Н. Боголюбова выдержал уже множество переизданий и прочно занял ведущее место в большинстве школ нашей страны. Его тиражи насчитывают сотни тысяч экземпляров. В учебнике для 8-9 классов 52 параграфа, но нет ни одного, специально посвященного религии. Есть главы, посвященные «вечным вопросам», морали, добру и злу, долгу и совести, любви и семье. Ответ на них дается абсолютно без учета религиозных традиций и культуры. В главе о правах человека есть параграф о духовной жизни и о свободе совести, где несколько абзацев посвящены религии, но речь в них идет исключительно о «гуманистическом смысле религии»3. И вот в чем он усматривается:
Наряду с традиционно верующими существуют верующие особого склада. Среди них немало высокообразованных людей, в том числе ученых-естественников, в сознании которых совмещаются научные представления о мире, стремление рационально осмыслить действительность с религиозными верованием. Они признают существование не столько личности Бога, например, Христа, сколько некой высшей духовной силы, надмирового разумного начала — Абсолюта, который определяет наше нравственное поведение. Следовательно, верующие нового склада принимают лишь общую гуманистическую направленность вероучения, т.е. рассматривают религиозные нормы морали в качестве абсолютных ценностей4.
Как видим, вводится противопоставление «верующих нового склада» и «традиционно верующих». Первые — образованные, культурные, они не верят в личного Бога (особо подчеркивается, что не верят в Христа), но признают существование некого надмирового разумного начала. Очевидно, что приверженцы таких псевдорелигиозных воззрений «нового склада» ни к одной из российских конфессий отнести нельзя. Ко второй группе верующих относятся все последователи традиционных религий России. О них говорится свысока и явно с некоторым пренебрежением — подразумевается, что это необразованные и, очевидно, бескультурные люди. Налицо проповедь неполноценности граждан по признаку их отношения к религии. Кроме того, это и невыполнение образовательных целей — о реальной религии учащиеся ничего не узнают. Знания подменяются идеологией. Дети из верующих семей будут оскорблены, причем не только православно воспитанные, но и выросшие в мусульманской или иудейской семье.
Авторы учебника рассказывают о Федеральном законе «О свободе совести и о религиозных объединениях», отмечают важность его преамбулы, но при этом изменяют смысл Закона ровно на противоположный самым банальным образом. Приведем дословную цитату из учебника: «Закон признает особую роль правительства (!) в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры». В Законе же речь идет о Православии. Отмечается особая роль именно Православия, а не правительства. Это не опечатка, поскольку соответствует в целом всему остальному содержанию книги, отражает умонастроение авторов, для которых совершенно невозможно было бы признать хоть какую-то положительную роль Православия.
Рассматривая вопросы о происхождении человека и его природе, авторы предлагают их атеистическое объяснение. В учебнике говорится, что самый важный признак человека заключается в том, что он — существо социальное. Безапелляционно утверждаются весьма спорные и далеко не общепринятые в науке положения. В частности, о том, что труд был определяющим условием превращения животного в человека5. Способность мыслить объявляется важнейшим отличием человека от животных (можно подумать, что животные не мыслят). Детям навязывается одна единственная точка зрения — именно та, с которой не согласится ни одна конфессия. В учебнике можно найти много выпадов против религии, оскорбительных для всех верующих. Ни разу не упускается возможность подчеркнуть ущербность и неполноценность религиозного взгляда на мир, без всякой необходимости противопоставляются наука и религия. Например, на странице 34 имеется такой пассаж:
Обратимся к библейской притче о сотворении мира. Согласно ей Бог создал растения, животных, птиц в разные дни и так, что они не имели между собой ничего общего: все они сотворены «по роду их». Человек же — особое дело. Его Всевышний создал по своему подобию. Таким образом, религиозное учение, объясняя сотворение мира, приспособленного для человека, разделило его на обитателей земли, воды, воздуха. Научное же знание говорит о единстве мира. Все живое на Земле связано крепчайшими узами природного родства, тесным взаимодействием друг с другом. Не будем приводить здесь всю сумму доказательств этого факта.
Зачем понадобилось это совершенно надуманное противопоставление науки и религии? В данном фрагменте книги Бытия речь идет совершенно о другом, в целом же в библейских текстах не раз подчеркивается единство мироздания, а без различения вещей «по роду» не существует ни одна наука.
Вызывает недоумение, почему в учебнике целая страница посвящена тенденциозному и юридически некорректному толкованию принципа равенства граждан независимо от их отношения к религии. Авторы навязывают свое понимание этого принципа, заключающееся, по их мнению, в утверждении полного отделения Церкви от государства и школы: «Религиозные организации не вмешиваются в дела государственных учреждений, в том числе государственных школ. Это взаимное невмешательство позволяет достичь подлинного равноправия верующих и атеистов. В самом деле, разве интересы атеистов не были бы ущемлены; с введением во все школы религиозного воспитания?»6. То, что полностью попираются права верующих, — это авторы видеть не хотят. Безальтернативное навязывание атеизма называется равноправием и обеспечением права на свободу вероисповедания.
В учебнике под редакцией Л. Н. Боголюбова для 10-11 классов теме «Религия в современном мире» посвящен предпоследний (46-й) параграф в рамках обсуждения духовных ценностей современной цивилизации7. Что же узнают школьники из этого параграфа? Религия называется «одной из древнейших форм культуры», «на определенной стадии развития религии возникает церковь, в лоне которой складывается духовная иерархия, появляются священники»8. Становление религии представлено как некий единый эволюционный процесс. Школьникам предлагается довольно бессмысленное определение религии — определенные (какие?) взгляды и представления, соответствующие обряды и культы. Далее совершенно неверно утверждается, что вера чужда всякой логике. Не нужно быть верующим человеком, чтобы признать: вера — самое обычное явление в жизни человека. Руководствуясь именно логикой, мы верим в существование очень многого, что никто из людей непосредственно не видел и не может видеть, например: мир атомов, бесконечную Вселенную, психический мир человека (мышление, эмоции, волевые движения) и т.д. Религиозная вера всегда имеет одну важную особенность — она предполагает личное участие человека, его свободное и осмысленное принятие предмета веры, который не очевиден. Выбор нередко обосновывается логикой и не исключает разума, тем более не исключает знания. Напротив, верующий человек должен хорошо знать истины своей веры и уметь их обосновывать. Ведь верят не во «что-то вообще», но вера имеет свой предмет и свои основания.
В учебнике встречаются многочисленные упрощения и подмены, например: «В течение многих веков богословы всех религий стремились доказать существование Бога, пока немецкий философ Кант убедительно показал в своих рассуждениях, что... остается только верить»9. По поводу такой интерпретации И. Канта можно спорить, но неужели И. Кант — это абсолютная вершина и предел человеческой мысли? Очевидно, что после него были еще Гегель, Шеллинг, Шелер и много-много философов. Почему именно об И. Канте нужно рассказывать школьникам? В России были В. С. Соловьев, С. Л. Франк, А. Ф. Лосев и другие философы, неплохо бы ознакомить учащихся и с их точкой зрения на вопросы соотношения религии и науки. С удивлением обнаруживаешь, что авторы учебника прививают учащимся какие-то совершенно антинаучные представления о научной методологии. Чего стоит одна только фраза: «История показывает, что случаев непосредственного явления высших сил, не описанных ранее в мифах и Священных книгах, практически не существует»10. Как это история может показывать подобные вещи? Исторические источники как раз полны различных чудесных рассказов.
Распределение материала о разных религиях вызывает вопросы. Прежде всего, необоснованные пропорции. Первым идет буддизм — одна страница, затем христианство — меньше одной страницы, последним дается ислам — одна страница. И при этом о Православии не сказано ничего. О христианстве рассказываются совершенно второстепенные и достаточно спорные вещи. Автор почему-то счел необходимым прежде всего сказать, что «христианские богословы научились уживаться с наукой, беря на вооружение отдельные научные теории. Так, защищая религиозное учение о сотворении мира, они ссылаются на теорию расширяющейся Вселенной»". Неужели ничего более важного о христианстве школьники знать не должны? И даже на этих нескольких страницах существенно искажаются религиозные учения. В частности, центральным в христианстве называется идея греховности человека, хотя это не так. Представление о греховности известно почти всем религиям, это отнюдь не что-то исключительно христианское. Новозаветное откровение предлагает уникальный путь спасения через Воскресение Иисуса Христа — об этом в учебнике ни слова. Совершенно неверно приписывается буддизму в качестве важнейшей заповеди любовь ко всем живым существам, ибо цель буддизма противоположная — достижение бесстрастия и отсутствие привязанности к чему бы то ни было в мире. А любовь рассматривается как одна из таких привязанностей, с которой необходимо расстаться.
Если в учебниках под редакцией Л. Н. Боголюбова выдерживается отношение к религии как к неполноценному мировоззрению, которое надо объяснять учащимся научно, с атеистических позиций, то в следующем учебнике авторов Е. Н. Салыгина и Ю. Г. Салыгиной о религии вообще ничего не говорится. Очевидно, подразумевается, что она полностью исчезла из нашей жизни и даже в культуре от нее не осталось и следов. Человек понимается только как биологическое и социальное существо: «В XIX веке Ч. Дарвин доказал, что человек представляет собой вершину эволюционного развития природы и отличается от других животных исключительным биологическим совершенством»12. Способом бытия человека называется культура, она представляет собой «меру человеческого в человеке»13. Одним из элементов культуры названы знания. К наиболее приоритетным знаниям авторы относят философские и научные. Делаются достаточно спорные утверждения о том, что в «отличие от религии и мифологии философия тесно связана с наукой». Наука определяется как система объективных, истинных знаний. Носителем таковых выступает, к примеру, Зигмунд Фрейд. Ему посвящен целый параграф — эго, супер-эго и прочие устаревшие фрейдистские схемы излагаются как нечто научно весьма значимое14.
Переходим ко второй группе учебников, которые знакомят учащихся с религиозной тематикой достаточно объективно и доброжелательно. В учебнике авторов А. Н. Иоффе, О. В. Киненковой и С. В. Тырина целых два параграфа посвящены религии15. О ней говорится много и красочно. Текст хорошо проработан методически. Есть неплохой раздел о задачах религии в обществе. Школьники узнают, что религия выполняет определенные и весьма полезные социальные функции: «Религиозные идеи, ценности, установки, культовая деятельность и религиозные организации выступают в качестве регуляторов поведения людей. Существующие предписания и запрещения формируют господствующие моральные нормы. Определяют образ жизни. Не раз в истории религиозные деятели становились вдохновителями великих дел и героических поступков. Выступали в роли гаранта общественного спокойствия и согласия»16. Отмечается, что религия позволяет человеку ощутить смысл жизни, дает надежду на будущее спасение, на избавление от страданий. Но в учебнике речь все время идет о какой-то общей религии, к которой прилагается эволюционная схема развития: от примитивных религий к современным. Происхождение религии и ранние религиозные представления излагаются на уровне безнадежно устаревших научных гипотез конца XIX — начала XX века. На семи страницах последовательно описываются зороастризм, иудаизм, индуизм, конфуцианство и буддизм. Полторы страницы автор отводит на христианство и одну страницу на ислам. Возникновение христианства почему-то связывается с попыткой преодолеть этническую ограниченность иудаизма, что совершенно не соответствует действительности17. В учебнике ничего не говорится о религии в истории и культуре России, нет ни слова о Православии, будто не было 1000-летней истории России, а живем мы где-то в Африке и вокруг последователи зороастризма и конфуцианства.
Обратимся к еще одному учебнику по обществознанию для 8-9 классов18. В главе о духовной сфере жизни общества содержится отдельный параграф о религии (в соответствии со стандартом). Отмечается, что религия является стержнем и историческим источником духовной сферы человеческого общества. Автор сообщает, что имеется около 500 научных определений религии и достаточно удачно выделяет восемь определений, которые, на его взгляд, схватывают самую суть этого явления. Возможно, эти определения стоило бы разобрать подробнее, иначе они могут оказаться слишком сложными для школьников 8-9 классов. Религия — это:
— один из компонентов духовной сферы общества наряду с культурой, образованием и наукой;
— один из фундаментальных институтов человеческого общества;
— сфера общественного сознания (наряду с идеологией, научными знаниями, обыденными мнениями), отличительной чертой которой является вера в сверхъестественное;
— специфический тип мировоззрения и мироощущения, т.е. совокупность взглядов на мир как творение Бога;
— совокупность моральных принципов, регулирующих образ жизни и поведение людей, разделяющих данное верование;
— совокупность ритуальных действий, составляющих культ, в который религиозный человек выражает свое отношение к Богу и обращается к нему в молитве, жертвоприношении и т.п.;
— группа, сообщество, союз или организация множества людей, связанных единой верой и взаимными обязательствами (церковные приходы, религиозные общины и братства, монашеские ордена, секты);
— система верований и действий, с помощью которых решаются фундаментальные вопросы человеческой жизни19.
В книге удачно раскрыты такие понятия как «богословие», «откровение», «библейский канон» и др. Школьник найдет в книге определение религиозной веры: «это сложнейший культурный феномен, соединяющий в себе высокую интеллектуальность, вдохновленность, смирение перед духовно превосходящим тебя миром, осознание своей тварности и вместе с тем особенную гордость за приобщение к этому надстоящему миру»20. Однако с некоторыми положениями учебника сложно согласиться. Классификация религий и распределение материала в главе могут быть оспорены. На нескольких страницах излагаются представления о древних религиях, причем без учета многих важнейших открытий, сделанных в XX веке, которые позволили нам гораздо лучше представить религиозность древнего человека. По непонятной причине в монотеистические религии попадает буддизм; из мировых религий почему-то отдано предпочтение исламу, но ни по времени происхождения, ни по числу последователей он не первый. И, наконец, учебник написан будто бы не в России и не для российского школьника — о традициях и культуре российских конфессий почти ничего не сказано. В учебнике того же автора для 11 класса в главе о культуре и духовной жизни подобно рассказывается о внутреннем мире человека21. Однако о религии вообще не упоминается. При раскрытии вопросов морали и истины, при объяснении того, что такое совесть, свобода, основные ценности и т.д. ни разу не говорится о религиозной точке зрения на эти проблемы.
Наиболее удачным, на наш взгляд, является учебник обществознания под редакцией А. Ф. Никитина22. В разделах о человеке, его происхождении, в раскрытие понятия духовного приводятся различные точки зрения, учащихся знакомят с многообразием существующих взглядов на мир, в то же время авторам удалось избежать релятивизма. Христианская позиция представлена вполне корректно, но она не навязывается. Религиозная тематика затрагивается именно там, где она вполне уместна — в связи с вопросами смысла жизни, призвания, долга, морали.
Задача обществознания — дать то, что в максимальной степени обеспечит правильное понимание всех тех сторон жизни общества, социальных процессов, которые изучаются по курсу. Его образовательные и воспитательные цели заключаются в приобщении учащихся к культуре нашей страны и мирового сообщества в прошлом и в современности, а также гражданское и патриотическое воспитание, воспитание культуры межэтнического и межконфессионального общения, этическое, эстетическое и др. Из проанализированных выше пособий можно сделать вывод, что, несмотря на наличие в учебниках определенного количества информации о религии, данные задачи реализуются не всегда удовлетворительно. Тем более, нет никаких оснований говорить о клерикализации школы или пропаганде в школе религии.
Поскольку в курсах обществознания (равно и других курсах федерального компонента образования) нет возможности дать всестороннее целостное представление о религии и приобщить к избранной ими религиозной культуре, то вполне обоснованно утверждать, что делать это нужно в курсах по выбору, которые посещаются добровольно. В частности, это мог бы быть курс православной культуры (соответственно — исламской, иудейской и т.д.) Однако против реализации этого выступает небольшая группа правозащитников во главе с Львом Пономаревым.
Рассмотрим их позицию и предлагаемую ими аргументацию против курсов православной культуры. Помимо судебных исков (все они были отклонены судом) правозащитники выпустили целый ряд обращений и заявлений, посвященных критике учебника А. Бородиной «Основы православной культуры»23. Все эти документы, в принципе, повторяют друг друга. Рассмотрим некоторые из них. Анализировать аргументацию чрезвычайно затруднительно, ибо в подавляющем своей части она оказывается надуманной и основанной на неправде. Например, не вполне соответствует действительности постоянное повторение утверждения, что Министерство образования РФ «насаждает» религию в общеобразовательных учреждениях24. Еще более далеко от реальности заявление о повсеместном внедрении «идеологии, пропитанной православным клерикализмом и ксенофобией». Ничего подобного в школах России не происходит, в чем мы убедились выше при анализе содержания учебных пособий по обществознанию. Равным образом нет причин говорить о том, что «руководящие работники системы образования с упорством, достойным лучшего применения, продолжают политику внедрения псевдоправославных учебных пособий». Скорее наоборот, служащие Министерства образования РФ и муниципальных департаментов образования вовсе не собираются вводить религиозную культуру в школе, а любая общественная инициатива в области религиозного образования всячески тормозится.
Очень часто в своих интервью и заявлениях противники изучения в школе православной культуры просто упражняются в демагогии и нагромождении ничем не обоснованных утверждений. Например: «Сама рекомендация Министерства образования приводит к тому, что директор школы воспринимает этот текст (речь идет об учебнике А. Бородиной по православной культуре) как очень авторитетный и считает себя обязанным ставить этот предмет в сетку»25. Да, безусловно, рекомендация Министерства образования может иметь такие последствия, но только в том случае, если таковая имеется. Но учебнику А. Бородиной она не давалась. Вряд ли можно считать серьезным аргументом против преподавания православной культуры следующий тезис: «Кризис 1917 года произошел во многом потому, что Православная Церковь была государственной и не имела возможности оказывать нравственное сопротивление большевикам». Даже учитывая, что в некоторых странах христианские Церкви до сих пор остаются государственными, но эти страны с успехом пережили все революции и кризисы, в России никто не стремится сегодня придавать Православной Церкви государственный статус.
Более всего А. Бородину упрекали в том, что «учебник для светской школы носит явно апологетический характер. По своему духу это не "Основы православной культуры", а Закон Божий». В подтверждение этого обычно приводится следующий аргумент: «В учебнике для общеобразовательной школы недопустимы задания: "Объясните, что такое сатанизм?" или: "В чем ересь монофизитов?"». Но почему элементарные знания о деструктивных культах или церковной истории непременно свидетельствуют об апологетической направленности учебника? С таким же успехом любой учебник истории средних веков можно объявить апологетическим только на том основании, что в нем дается какая-то достоверная информация. В свое время знания об опасности некоторых деструктивных религиозных сект предотвратили бы жертвы тысяч людей, погибших при соприкосновении с «Храмом солнца», «Ветвью Давида», «Аум Синрике» и др. Во всем мире и в России действует немало сатанинских и других разрушительных для человека культов. Право на информацию закреплено в Конституции РФ, и его никто не отменял. Рассказать детям об опасности, которая может подстерегать их в том или ином сомнительном религиозном движении, — это долг школы.
Одной из причин запрета изучения религиозной культуры в школе правозащитниками называется многонациональность России: «В многоконфессиональной и многонациональной стране вряд ли основы православной культуры могут продвигаться с помощью государства, даже если бы это был замечательный учебник, а преподавание бы реально носило добровольный характер». Данный тезис правозащитников противоречит основным правам человека и демократическим принципам. Если нет притязаний на монополию и исключительность обучения и образования молодежи, то необходимо признать, что выбранное по свободной воле религиозное образование гораздо в большей степени соответствует принципам либерализма, чем принудительное безрелигиозное. Не только меньшинства имеют право изучать свою религию, культуру, традиции, но и большинство населения страны не должно быть лишено этого законного права.
Не могут быть причиной запрета религиозного образования абстрактные предположения, что оно будет внедряться с неумеренным рвением, и поэтому якобы неизбежны крайности, т.е. вербовка новообращенных силой. Если все стороны настаивают на том, что курс должен быть добровольным, то нет причин утверждать, что этот принцип нарушится. Скорее произойдет обратное: общеизвестно, что даже обязательное дело исполняется либо наполовину, либо вообще не исполняется. А то, что считается добровольным — то чаще всего никто и не думает делать.
Следующий тезис правозащитников: «Нельзя рассказывать детям о вере с точки зрения только одной конфессии. Можно преподавать основы гуманизма». Почему нельзя? Конституция и российские законы не объявляют «основы гуманизма» государственной идеологией. Именно Конституция провозглашает идеологическое многообразие и утверждает, что никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной (ст. 13). Гуманистическая или атеистическая идеология ничем не лучше и не предпочтительней всех остальных. Почему она должна доминировать в школе? Навязывать атеизм-гуманизм ничем не правильнее, чем навязывать религию. Лучший путь — свободный выбор самими учащимися и родителями того, что они хотят изучать.
Слабость аргументации критиков религиозного образования в школе нередко обосновывается откровенно идеологическими мотивами и сочетается с искажением позиции конфессий и их учением. Один из авторов, ведя полемику против учебника А. Бородиной, в принципе отвергает возможность преподавания знаний о религии в школе на основании целого рядя идеологических и вероучительных претензий к христианству26. Автор пускается в богословскую дискуссию и предъявляет православию следующие претензии: «Все патристическое наследие, составляющее ядро средневекового христианского церковного Предания, носит ярко выраженный антииудейский характер». По заключению автора, из того факта, что христианство и иудаизм являются разными религиями, следует, что верующим обязательно присущ неизбывный антисемитизм, а в особенности он присущ всем православным. Без всяких оснований и аргументов причина холокоста усматривается в вероучительных расхождениях христианства и иудаизма. Автор явно путает богословие с политической идеологией — это совсем не одно и то же: можно не соглашаться с иудейской религией, но из этого не следует, что ее последователей необходимо подвергать гонениям. Напротив, Церковь всегда осуждала гонения на каких бы то ни было людей, всегда помнила об общем с иудеями наследии27. Русская Православная Церковь не раз заявляла и словами Патриарха, и на Архиерейских Соборах о том, что она отвергает деление народов на лучшие и худшие, осуждает принижение какой-либо этнической или гражданской нации28.
Очевидно, что при определенных условиях религиозное невежество может стать опасным фактором дестабилизации и причиной возникновения межнациональных и межрелигиозных конфликтов. Оно также может оказаться причиной нарушения прав верующих (на основании обвинений в нетерпимости). Религиозное образование призвано разъяснить многие важные вещи. Во-первых, то, что существует определенная культура чтения и понимания религиозных текстов. Любой такой текст обычно имеет многочисленные комментарии и воспринимается в целом в контексте Предания. Во-вторых, в религии всегда есть главное ее содержание и второстепенные преходящие моменты, обусловленные культурно-исторической обстановкой. В смешении главного и второстепенного в религии как раз и заключается религиозное невежество. Если иметь в виду эти азбучные истины, то теряет вес вся аргументация о том, что якобы «все традиционные религии утверждались в средневековье и без своей "дикости" они перестают быть самими собой». Очень просто создать карикатуру на Православие, а затем этот искаженный, не имеющий ничего общего с реальностью образ подвергать критике, чтобы обосновать невозможность преподавания православной культуры в школе.
Тема религиозного образования рассматривается и в некоторых научных статьях. Надо отметить, что проблематика эта достаточно новая, поэтому еще не сложилась терминология, нет устоявшихся представлений об исследуемом предмете и его границах. Например, в одной из публикаций предлагается следующее понятие религиозного образования: «деятельность по трансляции религиозных доктрин, опыта, чувств, способов культовой практики, осуществляемая профессионально подготовленными лицами (священнослужителями, религиозными педагогами), а также по подготовке педагогических кадров для системы конфессионального образования»29. Исследователи в данном случае достаточно точно сформулировали то, что относится к катехизации и профессиональному духовному образованию. Эти формы религиозного образования действительно должны существовать и существуют в конфессиональных образовательных учреждениях. Такое образование, как верно отмечено, нацелено на следующие функции: «воспроизводство конфессиональных групп, как рядовых верующих, так и священнослужителей, а вследствие этого — и религии в целом; включение личности посредством религиозного образования и воспитания в состав той или иной конфессиональной группы; социализация личности верующего на протяжении всей его жизни; формирование и развитие духовно-нравственной культуры верующих, влияние на культуру нерелигиозных людей, прежде всего — их нравственно-патриотические позиции»30. Естественно, что если бы кто-то стал настаивать на таком изучении религии в школах, имелись бы основания заявлять об отклонении от конституционного принципа светскости и т.д. и т.п. Однако на таком религиозном образовании никто не настаивает.
Область религиозного образования более широкая и не охватывается понятиями катехизации и духовного образования. Религиозное образование включает в себя также и другие формы, которые не имеют целью привлечение в религиозные общины новых членов и не направлены на формирование религиозных взглядов. Школьники или студенты могут получать культурологические знания о Православии и других религиях, их роли в жизни общества безотносительно к их собственному отношению к данной религии. Эта область религиозного образования связана с изучением религии, имеющим общесоциальное значение. Она требует, в том числе и государственной стандартизации, регламентации и контроля. Такое изучение религии может осуществляться в образовательных учреждениях разных типов и организационно-правовых форм, в том числе в государственных и муниципальных образовательных учреждениях, в соответствии с их образовательными программами, учебными планами, программами учебных курсов и дисциплин; например — изучение религии в курсах по выбору учащихся и (или) их родителей в средней школе, учреждениях дополнительного, профессионального образования (высшее образование по специальности «Теология» в соответствии с государственными стандартами). Это образование, будучи религиозным по своему содержанию, одновременно является светским образованием, регламентирующимся государственными и муниципальными органами управления образованием31.
Таким образом, при ближайшем рассмотрении позиция противников религиозного образования и изучения православной культуры выглядит весьма слабой, основанной на подмене или искажении фактов. Более того, их аргументация противоречит принципам либерализма, терпимости к инакомыслящим и нормам демократического устройства. Обратимся теперь к тому, как сторонники религиозной культуры обосновывают необходимость ее преподавания в школе. В защиту православного образования выступило достаточно много общественных групп, однако наиболее четко позиция была представлена Священноначалием Русской Православной Церкви. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в своем интервью напомнил, что еще в 1997 году в Законе «О свободе совести и религиозных объединениях» было закреплено положение о том, что в государственных и муниципальных школах преподавать религию можно, но факультативно, и во многих местах это делается. Сложилась также и иная практика — преподавание религиозной культуры в рамках образовательной программы. Имеются первые неплохие результаты такого преподавания, и ни в одном регионе оно не привело к межрелигиозным конфликтам в школах. Предстоятель Церкви особо подчеркнул, что «преподавание знаний о религии должно оставаться добровольным, но очень важно, чтобы дети имели реальную возможность получения таких знаний»32. Пока же в подавляющем большинстве школ безальтернативно предлагают образование, основанное на материалистическом мировоззрении, исключающем религию. Патриарх выразил надежду, что «такому подходу будет предложена альтернатива, и православные родители и их дети смогут осуществить свое право на образование, которое соответствовало бы их убеждениям».
Эту же мысль приводит в обоснование своей позиции председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл. По его мнению, современное демократическое плюралистическое общество должно предоставлять людям свободу выбора, в том числе и в сфере образования. Школа не имеет права лишать учащихся возможности узнать о религии, напротив, она «призвана обеспечить выбор учащихся и право родителей на образование детей в соответствии с теми убеждениями, которые приняты в семье. Это могут быть основы православной культуры, основы мусульманской культуры и так далее, в рамках регионального или школьного компонента»33.
Аргументация представителей Церкви весьма корректна и строится на чрезвычайно важных принципах политической культуры демократического плюралистического общества, предполагающего наличие социальной самоорганизации. Современное понимание прав человека гарантирует коллективные права34, в том числе права религиозного сообщества на развитие собственной культуры, право на сохранение традиций, получение образования в соответствии со своими убеждениями и т.д. Соблюдение этих прав позволяет осуществлять воспроизводство культуры и сохраняет значительную степень независимости коммуникативных институтов и культурных форм. Успех общественных движений и иных гражданских инициатив в узаконении прав в реальной жизни признан критерием становления гражданского общества и, следовательно, демократии. Принцип: никого нельзя принуждать отказаться от своего образа жизни, идентичности, моральных или религиозных убеждений — является аксиомой демократического общества, а религия оказывается одним из институтов его культурного воспроизводства.
Весьма убедительно выглядят ссылки на международный опыт и международные правовые нормы, которые приведены в статье протоиерея Всеволода Чпалина. Он показывает, что в подавляющем большинстве стран Европы религия традиционно присутствует в государственной школе. Ни к каким конфликтам и столкновениям это не приводит. «К традиционной системе отношений между религией и школой уверенно возвращаются и посттоталитарные страны — Сербия, Румыния, практически все государства Центральной Европы и Балтии, а также Грузия и Армения»35. Данная практика соответствует международно-правовым нормам, которые в России откровенно игнорируются. В частности, Конвенция ООН о борьбе с дискриминацией в области образования, которая утверждает, что родители должны иметь возможность «обеспечивать религиозное и моральное воспитание детей в соответствии с их собственными убеждениями». В Протоколе № 1 к Конвенции Совета Европы о защите прав человека и основных свобод говорится: «Государство при осуществлении любых функций, которые оно принимает на себя в области образования и обучения, уважает право родителей обеспечивать, чтобы такие образование и обучение соответствовали их собственным религиозным и философским убеждениям».
Вряд ли оправданы опасения, что религиозное образование может привести к межрелигиозным конфликтам. Значительная часть российских мусульман, иудеев и даже протестантов поддержали сторонников православной культуры, фактически явив единую позицию. В число тех, кто положительно относится к идее религиозного образования, входят не только представители религиозных организаций, но также и ученые, немалое количество политических и общественных организаций и движений36. Таким образом, позиции сторонников религиозного образования представляются достаточно убедительными, и против их аргументации по существу не было выдвинуто ни одного весомого возражения.
Гражданское общество не может сформироваться без активного участия граждан в деятельности различных государственных органов. Общественные дискуссии и требования групп граждан по поводу соблюдения их основных прав помогают создать политическую культуру, включающую публичность и социальную самоорганизацию. Можно надеяться, что дискуссия о преподавании православной культуры в школе будет способствовать становлению демократического характера социально-политических институтов и политической культуры.

Примечания

1 Курс православной культуры может преподаваться лишь в рамках школьного или — в некоторых областях — регионального компонента образования. Речь идет о необязательном учебном предмете, вводимом по решению школы или регионального руководства с согласия родителей. Учитывая, во-первых, перегруженность учебных планов и школьных программ и, во-вторых, необеспеченность учебно-методической литературой и системой подготовки учителей, сама попытка введения такого предмета представляется весьма знаменательным событием.
2 В 1991 г. введен новый стандарт по обществознанию, в котором предусматривается раскрытие определенных религиозных вопросов.
3 Боголюбов Л. Н., Иванова Л. Ф. и др. Введение в обществознание. Учебное пособие для 8-9 классов общеобразовательных учреждений. М., 2001. С. 223-233.
4 Там же. С. 230.
5 Там же. С. 8. Известно, что труд характеризуется стремлением воплотить определенную идею, творческий замысел.
Л. В. Ситников
Чтобы начать трудиться, надо обладать сознанием. Поэтому «трудовая гипотеза» ничего не объясняет.
6 Там же. С. 232.
7 Боголюбов Л. Н., Глушков Е. А, и др. Человек и общество. Учебное пособие по обществознанию для учащихся 10-11 классов общеобразовательных учреждений. М., 1996.
8 Там же. С. 381.
9 Там же. С. 382.
10 Там же. С. 382.
11 Там же. С. 384.
12 Салыгин Е. Н., Салыгина Ю. Г. Обществознание: Человек в обществе. Экспериментальный учебник для учащихся 10 класса общеобразовательных учреждений. М.2001. С. 6.
13 Там же. С. 12.
14 Там же. С. 40-45.
15 Иоффе А. Н., Кишенкова О. В., Тырин С. В. Введение в обществознание. Учебник для 8 класса основной школы. М., 2000.
16 Там же. С. 125.
17 Хорошо известно, что апостолы проповедовали свое учение, прежде всего, иудеям, и лишь когда те его отвергали, обращали свою проповедь к представителям других народов.
18 Кравченко А. И. Обществознание. Учебник для 8-9 классов. 5-е изд. М., 2001. С. 292.
19 Там же. С. 292-293.
20 Там же. С. 299.
21 Кравченко А. И., Певцова Е. А. Обществознание. Учебник для 11 класса. М., 2001. С. 87.
22 Обществознание. Учебное пособие для 8-9 классов общеобразовательных учреждений: Под ред. А. Ф. Никитина. М., 2001.
23 Бородина А. В. История религиозной культуры: Основы православной культуры. Учебник для основной и старшей ступеней общеобразовательных школ, лицеев, гимназий. М., 2002.
24 Российское общество обязано объединить усилия для защиты светского характера государственного образования. Обращение движения «За права человека» от 4 июня 2003 г.
25 Интервью Льва Пономарева «Православная идеология или гражданское общество?» В: НГ-религии, 20 августа 2003 г.
26 Табак Ю. М. Правозащитники изгоняют бесов. Борясь против учебника «Основы православной культуры», его критики рискуют объявить войну всякой религии. В: НГ-религии, 18 июня 2003 г.
27 Священные книги иудаизма как неотъемлемая часть включены в состав христианского Священного Писания, а ветхозаветные пророки и праведники почитаются христианами. Христианское богословие подчеркивает, что генеалогия Иисуса Христа как Сына Авраама и Сына Давида выражает мысль о принадлежности Иисуса к еврейскому народу. Авторитетнейший православный богослов еп. Феофан Затворник писал: «Иудеи, поскольку они принадлежат к избранному роду, — такому, который из всех языков выбран Богом и Себе усвоен, то Бог ради сего избрания, которого удостоены они ради отцов своих великих, не в конец отвратился от них, не в конец отверг их и готов опять принять их, в силу избрания родоначальников их, а в них — и их самих. Этим внушает апостол Павел иудеям: видите, как любит вас Бог...» (Творения Феофана Затворника. Толкования посланий апостола Павла. Послание к римлянам. М., 1996. С. 742).
28 См., напр.: Основы социальной концепции Русской Православной Церкви, М., 2001. С. 14.
29 Зборовский Г. Е., Костина Н. Б. К взаимодействию религиозного и светского образований в современных условиях. В: Социологические исследования. №12, 2002. С. 107.
30 Там же.
31 См. подробнее: Метлик И. В. Религиозное и религиоведческое образование: уточнение дефиниций и особенностей. В: Взаимодействие государства и религиозных объединений в сфере образования. Материалы научно-практической конференции 10-11 октября 2002 года. М., 2003. С. 92-115.
32 Алексий II, Патриарх. Реальных положительных сдвигов в отношениях между Русской Православной Церковью и Ватиканом пока нет. В: Известия, № 199, от 29 октября 2003 г.
33 Кирилл, митр. Смоленский и Калининградский. Люди должны иметь право на выбор. В: Религия и школа в современной России. Документы. Материалы. Выступления. М., 2003. С. 23-24.
34 Во второй половине XX в. сложилось понимание того, что во многих случаях права индивидуума бывают лучше всего защищены только тогда, когда защищены права соответствующего слоя населения.
35 Чаплин В., прот. Школа должна уважать мировоззренческий выбор человека. В: Религия и школа в современной

Статья из журнала:
"Церковь и время", N4, 2003